Глобальный монополизм и либеральные ценности

В 1992 году Ф. Фукуяма объявил о полной и безоговорочной победе либерализма, как политической идеи. К 1998 году он обосновал, что это далеко не так. Но, тем не менее, принято считать, что либеральная идея, даже в условиях, когда другие идеологии не закончили свое пребывание в истории, все же определяет вектор мировых процессов, вполне объемно и детально объясняет происходящие процессы, в том числе и глобализацию во всех её проявлениях.

Снисходительное допущение, что КНР, Иран, Саудовская Аравия и целый ряд других, вполне заметных на мировой политической и экономической арене стран, придерживается совсем иных концепций развития, исходят из убежденности, что мощнейшая американизация все же заставит и их встроится в схемы развития, диктуемые североатлантической цивилизацией.[1]

Ключевой тезис либерализма, от его основания и до наших дней – борьба с тиранией и свобода индивида. США и страны Евросоюза постоянно апеллируют к этим ценностям, мотивируя свою политическую позицию. В частности, заключенное 27 июня 2014 года «Соглашение об ассоциации между Украиной, с одной стороны, и Европейским Союзом, Европейским сообществом по атомной энергетики и их государствами-членами, с другой стороны» содержит следующие положения: «ПОДТВЕРЖДАЯ, что Европейский Союз признает европейские стремления Украины и приветствует ее европейский выбор, в том числе ее обязательства в построении развитой и устойчивой демократии и рыночной экономики… ПРИЗНАВАЯ, что общие ценности, на которых построен Европейский Союз, а именно: демократия, уважение прав человека и основных свобод и верховенство права, также являются ключевыми элементами настоящего Соглашения».

То есть критерии оценки событий установлены вполне определено и четко. Но, декларируя одни подходы, Евросоюз на деле реализует прямо противоположные. Понятно, что очередной поворот президента Украины В. Януковича, совершенный им в канун ожидаемого подписания в Вильнюсе в 2013 году соглашения об ассоциации с ЕС, когда он отказался подписывать, казалось бы уже согласованный документ, должны были вызвать большое раздражение и разочарование европейских политиков. Поэтому их поддержка протестов сторонников Евроинтеграции выглядела вполне логичной. Но, уже в начале декабря 2013 года стало ясно, что эти протесты не носят мирного характера. Что вполне доказательно было продемонстрировано даже журналистами, явно далекими от знания всех подковерных интриг и решений.[2] О наличии в Украинском парламенте, а не только в обществе политических сил, имеющих неонацистскую по сути идеологию, страны Евросоюза тоже знали достаточно давно. Материалов в открытом доступе по экстремистским заявлениям и действиям представителей партии «Свобода», УНА-УНСО и им подобных вполне достаточно. И вполне адекватные оценки им европейскими политиками давались. И, тем не менее, несмотря на убийство людей (сотрудников офиса Партии Регионов, журналиста украинской газеты «Вести»), покушения на сотрудников правоохранительных органов,[3] произошедших до заключения соглашения между В. Януковичем и представителями оппозиции при гарантиях ФРГ, Франции и Польши, страны Евросоюза не проявляли озабоченности такими эксцессами. Не дали они и принципиальной оценки, с позиций «уважение прав человека и основных свобод и верховенство права» и последующего захвата боевиками майдана государственных учреждений, что напрямую противоречило заключенным соглашениям, неконституционного отрешения В. Януковича от власти и фактам прямого диктата со стороны боевиков, какую повестку дня должна иметь Верховная рада Украины.

Факты прямого физического воздействия на кандидатов в президенты Украины в ходе весенней избирательной кампании 2014 года так же не нашли принципиальной оценки. То есть это нормально, по европейским меркам, когда кандидатов регулярно избивают, блокируют работу штабов, оказывают прямое силовое давление на журналистов, идет нарастание вооруженного гражданского противостояния, варварски уничтожаются десятки людей, имеющих иную политическую позицию, чем те, кто пришел к власти в Киеве во время февральского переворота?

Можно сказать, что они и не обязаны были это делать, поскольку соглашение не было подписано. Но тогда задекларированные там принципы нельзя рассматривать как постоянно действующие для политиков Евросоюза. Мы видим явное расхождение между декларацией приверженности либеральным ценностям и реальной политической практикой. Странам Евросоюза и евроориентированным либералам Украины ничего не мешало раскручивать скандал с исчезновением и последующим обнаружением предполагаемого трупа журналиста Гонгадзе. Этот скандал нанес непоправимый удар по репутации Кучмы.

Но вот сейчас соглашение подписано. Уже есть факты убийств, пыток и прямого силового воздействия, в том числе и публичного на  украинских и иностранных журналистов. И какова реакция на это политиков Евросоюза? Мягко говоря, очень вялая. И уж совсем представляется странным уделять много внимания отдельным сложностям в осуществлении журналистской деятельности и делать вид, что на Украине все проблемы со свободой слова на «80% - связанны с действиями пророссийских террористов», не замечая различий между административными сложностями в работе и целенаправленным физическим уничтожением журналистов. В этих декларируемые украинской стороной «80%» нет фактов убийств журналистов, публичного физического давления на них, внесудебных расправ. Да, украинская сторона хочет представить ситуацию исключительно в русле: «в мае впервые в Украине погиб журналист иностранных СМИ, освещавший события на востоке Украины - итальянский журналист Андреа Рокелли и его переводчик Андрей Миронов, которые попали под обстрел минометов под Славянском. "Донецкая, Луганская области и Крым стали горячими точками для журналистов. Там представители СМИ могут работать лишь как вампиры в ночи. Днем появляться журналистам на улицах опасно. Поэтому многие покидают эти регионы", - охарактеризовала ситуацию в регионах исполнительный директор ИМИ Оксана Романюк».[4] При этом игнорируя, что погибают журналисты под огнем украинских вооруженных формирований, что пытки, в том числе и несовершеннолетних, стали обычной практикой для силовых структур, находящихся на стороне официального Киева, что целенаправленное искажение реальной действительности идет тоже с той стороны.

Конечно, журналист субъективен и ошибки, а также симпатии, которые могут привести к смещению акцентов в материалах, присущи некоторым сюжетам, особенно там, где людское горе не может оставить равнодушным. Но есть стандартные и вполне проверяемые критерии качества работы. И когда киевские СМИ сознательно формируют искаженную действительность, то это тоже не вписывается в идеологию либерализма. Конкретный пример. «Главный редактор мариупольского издания «Хочу в СССР» Сергей Долгов был убит под пытками украинских военных в Днепропетровске, сообщает ИТАР-ТАСС со ссылкой на телеканал «Звезда».

Как пояснил телеканалу сопредседатель Народного фронта Новороссии Константин Долгов, журналиста, пропавшего в середине июня, увезли в неизвестном направлении и подвергали пыткам, в результате которых он скончался. После этого его тело вывезли в лесопарковую зону под Днепропетровском, пояснил однофамилец журналиста».[5]

Арест журналиста был проведен 18 июня 2014 года[6]. 20 июня начальник главного отдела СБУ в Мариуполе Сергей Спаситель признает, что силовое задержание было проведено силовиками, стоящими на стороне официального Киева, «насколько нам известно, он в Запорожье. Жив, здоров. Вопрос не к нам, а к АТЦ».[7] Позицию по этому факту и в целом по ситуации  со свободой прессы четко формулирует и ОБСЕ.[8]

То есть факт установлен, он официально подтвержден. Но после этого украинские СМИ начинают трактовать его в совершенно другом ключе.

28 июня Укринформ: «В ОБСЕ обеспокоены цензурой, которую осуществляют террористы самопровозглашенной "Донецкой народной республики" на Донетчине. был похищен редактор газеты "Дружковский рабочий" Борис Южик, а 18 июня - редактор мариупольской газеты "Вестник Приазовья" Сергей Долгов.[9]

29 июня «ОБСЕ заявляет о недопустимости преследования журналистов боевиками самопровозглашенных "республик" на Востоке Украины, - говорится в сюжете ТСН.. Там возмущены нападением на редакцию и похищением в Донецке журналиста Бориса Родственница, а в Мариуполе - Сергея Долгова»[10]

1 июля NEWSru.ua: «боевиками был похищен редактор мариупольской газеты "Вестник Приазовья" Сергей Долгов»[11]

То есть вопреки установленным фактам, ответственными за избиение Долгова объявляется совсем другая сторона. Это уже не случайная ошибка и не недоработка авторов инфорсообщений. Здесь явно стремление исказить реальную картину происходящих событий.

1 июля российские «Аргументы недели» пытаются привлечь внимание к судьбе журналиста.[12] Какова реакция украинской, российской, европейской либеральной общественности? Её нет. Впрочем как её практически не было, когда были похищены и подвергнуты пыткам журналисты издания «Лайфньюс», телеканала «Звезда».

10 июля публикуется Заявление Конгресса интеллигенции, российской либеральной оппозиции, «Свобода слова — для всех». Они озабочены тем, что им не дают сказать свою позицию на государственных телеканалах. При этом, они так и не обозначают своего отношения к судьбе журналистов, российских и тех, кто также высказывает свою, отличную, но уже от официальных киевских властей, точку зрения. Мы видим опять избирательное применение либеральных принципов.

13 июля приходит трагическое сообщение о мучительной смерти журналиста. И где принципиальная оценка этого преступления либеральной общественностью? Может быть они развернут такую же, как и в отношении Кучмы, кампанию осуждения Порошенко, который только усиливает вооруженный конфликт на Донбассе, постоянно заявляя, что с «нелюдями» он переговоры вести не будет и протест там будет подавляться только вооруженной силой. Ситуация с физическим устранением журналистов – это результат разжигания властью гражданской войны, поскольку она даже не пыталась договориться с протестующими, а сразу перевела вполне политический процесс в состояние войны. Именно она ответственна за эскалацию насилия в отношении журналистов, что уже вполне понимают и на Украине.[13]

Увы, события последних лет показывают, что примеров избирательного применения принципов демократии и внимания к вопиющим нарушениям прав человека более, чем достаточно. Либеральные организации дружно осуждали Путина, Лукашенко, Януковича, да и многих других государственных лидеров постсоветского пространства, за применение правоохранительными органами силы, при отражении агрессии разгоряченных оппозицией уличных толп. Но они проявляют завидное хладнокровие, когда режимы Турчинова, Порошенко убивают сотни мирных людей, вся вина которых состоит в том, что они требуют прислушаться к их политическим требованиям. Они абсолютно не интересуются, почему в Эстонии полиция, вместе с вооруженными гражданскими активистами безнаказанно калечит и убивает сторонников сохранения памятника павшим советским воинам. Эти организации ничего не сделали, чтобы инициировать расследования деятельности «эскадронов смерти» Саакашвили, правда о которых только сейчас получила свою доказательную базу. Судебные дела по тайным убийствам нелояльных к этому «демократу» грузинских граждан начаты в Грузии.

Все более избирательное применение основополагающих принципов либерализма в деятельности структур, утверждающих, что они привержены этим ценностям, свидетельствует только об одном – идеология либералов в кризисе. Причем настолько глубоком, что уже можно говорить о конце доминирования этой концепции.

В декабре 2011 г. вместе с другими протестующими, либералы в Москве и Санкт-Петербурге смогли наглядно продемонстрировать, что их поддерживает значительное число сторонников. Можно спорить о численности, но то, что счет шел на десятки тысяч манифестантов – это было несомненно[14]. Кризис на Украине, где российские либералы безоговорочно поддержали силы майдана, продемонстрировал, что эта поддержка очень не прочна. На первый митинг, весной 2014 г. им удалось собрать на порядок меньше сторонников. И далее эта поддержка все уменьшается. Попытка в июне – июле собрать подписи для регистрации кандидатов на выборах депутатов Московской городской Думы просто провалилась.

Это в Москве, где четверть века либерализм был самым модным политическим трендом, вполне неплохо финансируемым, имеющим своих лидеров, популярные СМИ, разнообразные выходы на зарубежные структуры, поддерживающие либеральные проекты. В российской глубинке либеральные структуры и ранее имевшие не такие прочные позиции, сейчас находятся на грани политической маргинализации.

Что же произошло? Вполне обычная вещь. Когда слова политика не подтверждаются делами, удержать симпатии ему невозможно.

Информационное пространство Украины, в условиях, когда 60 млн. россиян достаточно регулярно пользуются интернетом, когда существует множество родственных и производственных взаимосвязей, когда новостные каналы постоянно уделяют внимание событиям, происходящим там, а самое главное, когда есть общность языка – очень доступно и притягательно для россиян. Начиная с февраля – марта 2014 года, тема Украины становится одной из доминант в общественном сознании России. Все ключевые, эмоционально яркие события активно обсуждаются. Прочно формируется вполне аргументированная фактами позиция по украинскому кризису. Очень близко воспринимается стремление Крыма защитить себя от бандеровской идеологии и отрядов неонацистских боевиков, ужасная трагедия в Одессе, показательная демонстрация неприятия новыми киевскими властями символов и ценностей, являющихся фундаментальными для ценностных основ российского общества, откровенное попрание режимом Турчинова-Порошенко прав человека и, самое главное, наплевательское отношение к судьбе жителей Донбасса, стремящегося сохранить вековые экономические, культурные, человеческие связи с Россией.

Люди видят, как украинские власти поддерживают русофобские настроения, как переводят конфликт с оппонентами в формат карательной операции на полное уничтожение всех несогласных. И на этом фоне, либералы как в России, так и за рубежом, демонстративно делают вид, что ничего особенного не происходит, Киев во всем прав. Но еще полгода назад они же отстаивали совсем другую позицию: «власть не имеет права применять силу, надо договариваться с оппонентами, власть не имеет права ухудшать социальные гарантии населению, она ответственна за экономическое состояние в стране, а оно очень плохое». Что изменилось в этой картине? Там, где были невооруженные столкновения, теперь применяется авиация, РЗСО, танки. Цены повышаются не на проценты, а на десятки процентов. Договариваться власть желает только с назначенными её людьми, но не с оппозицией. Но только все это, теперь США, Европа и российские либералы не осуждают, а активно поддерживают.

Возможно ли такое раздвоение позиции, если речь идет о концептуальной политической идеологии? Если только с целью её дискредитации. Что и происходит в сознании российского общества. Либеральные ценности перестают восприниматься как последовательная программа действий. Либерализм становится на уровень рядовой пиар-концепции.

Это вполне хорошо сработало в 1999 году, когда СПС шел на выборы под лозунгом «Хочешь жить как в Европе, голосуй за СПС». Одновременно они сформулировали еще один призыв «Кириенко в Думу, Путина в президенты». Очень удачные были слоганы, учитывая настроения общества в тот период. Что теперь изменилось? Европа за это время показала, что мнение россиян её вообще не интересует, поэтому она может бомбить Сербию, Ирак, Афганистан, Ливию, Мали, поддерживать разжигание гражданской войны в Косово, Сирии, на Украине. А именно так понимает российский гражданин то, что творят США и Евросоюз в мире. Во всех конфликтах Европа последовательно поддерживает силы, выступающие с антироссийских, антирусских позиций. Тем, кого Европа поддерживает можно все, а тем, против кого мобилизует свои силы нельзя ничего. Поэтому, например, сербские политики и генералы до смерти засуживаются в Гааге, а те же косовские руководители НВФ, даже если в отношении них собрана серьезная доказательная база по их преступлениям, от ответственности уходят[15]. И на этом фоне приближение баз НАТО и сети ПРО США естественно воспринимается как прямая военная угроза. В свое время американские политики утверждали, что войска США находятся в Европе только потому, что там находятся советские войска «незваные, ненужные и неуступчивые», а американские вооруженные силы удерживают «только те территории, на которых… расположены памятники и кладбища, где лежат наши герои».[16] После того, как советские войска ушли, американские тут же продвинулись на восток и даже не помышляют о сокращении своего присутствия в Европе. Добавляет ли все это доверия к западным политикам? Они считают, что да, поскольку уверенны в своей цивилизаторской миссии. Но в России считают, что нет, поскольку много раз убеждались, как Запад несет демократию в бомболюках.

Устроенный и оплаченный 5 млрд. долл. США и их европейскими союзниками госпереворот на Украине так же заставляет задуматься насколько нам нужно, чтобы в Москве заокеанские советники вывешивали свои флаги на российских государственных учреждениях и диктовали, что и как делать российским руководителям, как это сейчас и происходит в соседней стране[17].

Получается, что лозунг «как в Европе» для россиян означает только одно – полностью сменить свой менталитет, отказаться от собственных интересов и молча во всем согласится с продиктованными условиями жизни. Так попробовали в 90-х годах ХХ века. В результате обрушили собственную экономику и теперь с удивлением смотрим на Китай, который раньше уступал нашей экономике в 10 раз, а теперь занял 2 место в мире по экономической мощи, в разы опередив Россию

А второй призыв СПС? Его судьба оказалась более удачной. И Кириенко вполне удачно провел выборы, а затем возглавил «Росатом», который становится очень успешным глобальным экономическим игроком. И В. В. Путин не подвел своих избирателей, обеспечив рост социально-экономических показателей жизни общества, его возросшую безопасность. А самое главное, вернул уверенность в том, что россиянам по плечу решать масштабные задачи и жить в самостоятельной стране и не бороться со своим историческим прошлом, а рассматривать его как фундамент будущего развития.

«Но перемены не должны означать отказа от прошлого. Подобно дереву, в котором сохраняется жизнь во все времена года, уходящему корнями в землю и черпающему жизнь от солнца, позитивные перемены также должны уходить корнями в традиционные ценности – в землю и культуру, в семью и коллектив, - они должны черпать силу от вечных вещей, от источника жизни, каковым является вера. Такая перемена приведет к новому пониманию, новым возможностям, позволит раздвинуть горизонты будущего, в которых традиции не будут насаждаться, а наступит их полный расцвет. Именно такое будущее манит ваше поколение».[18] И ведь это цитата не из речи Президента РФ. Оказывается, с Западом можно находить общий язык не только на основе либеральных пиар-концепций. Там есть вполне созвучные мнению большинства российского общества политические силы.

Поэтому предлагаемая российскими либералами дихотомическое объяснение возможных векторов российской внешней политики: «осажденная крепость» или принятие западных (либеральных) ценностей[19] – это далеко не полный спектр возможных политических стратегий. Как и их убеждение, что Российской Федерации надо обязательно к кому-то прислониться.[20] А в этом случае начинается фантазирование на тему «растворится в западной цивилизации» или «лечь под Китай». Они не предлагают российскому обществу взять всю полноту ответственности за страну и самостоятельно отстоять свое место в мировом политическом пространстве, что, в общем-то, удавалось России последние полтысячи лет.

И здесь наступает черед переходить от оценки текущей ситуации к пониманию более глубинных механизмов происходящих процессов.

В чем природа либерализма? Он возник как идеология сил, рождающихся в противоборстве с абсолютизмом, клерикализмом, политическим монополизмом. По каким критериям можно было обосновать претензии адептов либерализма на вхождение в политическую власть? Прежде всего – экономическая эффективность. Они отличались от феодальной знати только тем, что находили новые подходы к увеличению своих экономических ресурсов. Либерализм нашел крепкую политическую опору, когда меркантилистские подходы были восприняты как наиболее удачная государственная политика. А что было в его основе? «Как бы не изменилась меркантилистская доктрина, но это мнение, что богатство есть деньги, сопровождает её повсеместно. Это мнение кажется нам теперь или странным, или глупым, ведь и маленькому ребенку понятно, что деньгами нельзя питаться, нельзя одеваться».[21] Свобода человека прямо пропорционально определялась количеством денег. Но была большая проблема в том, как все отношения перевести на товарно-денежную основу. Ведь действительно деньги есть нельзя и положение в традиционном обществе на них тоже было сложно купить. Не воспринимался торгаш вровень с родовой знатью.

Так либерализм стал развивать рыночные подходы, переводить на маркетинговую основу все новые сферы жизни. Человеческие потребности и слабости объявлялись основой мироздания. В этом ключе развивались философские концепции от гуманистической парадигмы Возрождения до постмодерна наших дней.

Пока главным противником были традиционные государственные системы и религиозные конфессии, либералы были заинтересованы в расширении не только пассивных сторонников потребительского общества, но и активных субъектов предпринимательского сословия. Поэтому вплоть до конца XIX века либерализм был последовательным противником любой политической, социальной и экономической монополии. Ситуация стала меняться по мере вхождения либералов в государственные системы, где принимались ключевые политические решения. Чем слабее были традиционалистские элиты, тем успешнее и быстрее это удавалось сделать. Поэтому либерализм стал так силен в США, но с трудом пробивал дорогу в укоренившихся имперских системах Германии, Австро-Венгрии, России, Китай и т.д.

Не будем подробно разбирать реальные причины и поводы Первой мировой войны. Но её итоги – исчезли 4 имперские системы – явно был в пользу либеральных сил. На их место стали приходить финансово-промышленные империи. Концентрация капитала, как генеральная тенденция развития экономики, была замечена уже с конца XIX века. И здесь исследователи допускают серьезную ошибку в определении природы деятельности этих ФПГ[22]. Прибыль остается для них непременной целью деятельности, но концентрация ресурсов, понимание, что их сохранение и преумножение во многом зависит от характера принимаемых политических решений, переключила внимание крупнейших собственников на расширение ресурсов собственной политической власти. А власть – это ограниченный круг ключевых статусных постов и позиций. Либеральная идеология стала не нужна крупному капиталу. Его больше интересовали концепции мобилизации поддержки. Поэтому так популярны стали праворадикальные теории фашизма, национализма, а кое-где и традиционализма. А либеральная идеология стала хороша для разобщения мелкого бизнеса и широких слоев, но не граждан, а потребителей.

Другое дело, что либерализм неожиданно обнаружил удивительно быстро возросшую мощь социалистических и коммунистических идеологий. Им надо было противодействовать. Для этого подходил ряд стратегий: война, формирование потребительского общества, стимулирование внутренних конфликтов и фрагментации социума.

Повторение еще одной мировой мясорубки в годы Второй мировой предполагало, помимо прибылей, еще и постараться убрать с мировой политической арены новых конкурентов. Но это оказалось невозможным. Наоборот СССР создал новую мировую реальность, поколебавшую стройный мир территориальных и экономических империй.

Более 40 лет потребовалось крупнейшим мировым ФПГ, чтобы заново переделить мир, сделать его глобальным и с этих позиций перейти в наступление на социальные модели общества. СССР рассматривался как главный соперник, но и такие модели как «шведский социализм» или голлистская Франция были тоже не удобны. В одном случае они требовали слишком больших расходов на поддержание социальной стабильности, поскольку наемные рабочие сплоченно выступали за свои интересы. А Де Голль был слишком харизматичной и неподкупной фигурой, способной с помощью госаппарата заставить ФПГ делиться прибылями.

Тенденции укрупнения мирового капиталистического хозяйства шли все это время. Изучив базу данных Orbis 2007, которая содержит информацию о 37 миллионах компаний и инвесторов по всему миру, исследователи Швейцарского федерального института технологий в Цюрихе (Swiss Federal Institute of Technology) «выявили так называемую сеть глобального корпоративного контроля, состоящую из 1318 корпораций с взаимными владельцами: каждая из этих компаний тесно связана еще, как минимум, с двумя другими компаниями, а среднее число связей между ними равно двадцати. В общей сложности их прибыль составляет 20% от общемировой операционной выручки, однако с помощью акций и через свои дочерние компании они контролируют большую часть ведущих предприятий реальной экономики в мире, обеспечивающих около 60% от общемировой выручки.

Дальнейшее исследование выявило ядро этой сети — еще более тесно связанную между собой группу «суперорганизаций», в которую вошли 147 компаний, причем большую часть из них составляют финансовые институты, такие как Barclays, JP Morgan Chase, Goldman Sachs, Merrill Lynch, Morgan Stanley, Bank of America, UBS, Deutsche Bank, Société Générale, Credit Suisse и другие. Их активы тесно пересекаются друг с другом, что позволяет им контролировать 40% глобального корпоративного богатства. Таким образом, ядро из менее 1% компаний фактически представляет собой глобальную экономическую суперструктуру, которая контролирует почти половину мировой экономики.»[23]

Зададимся вопросом: зачем этим хозяевам жизни выступать за личную свободу, конкуренцию, социальную справедливость? Им нет нужды бороться за потребителя, чтобы получить прибыль. Они уже давно перестроили классическую марксистскую модель «товар – деньги – товар» в формат «деньги – деньги». Оборот деривативов, долговых обязательств и прочих виртуальных финансовых инструментов в 10 раз превышает оборот по товарно-денежным операциям. Либерализм не нужен как политическая идея, его роль – маркетинговая стратегия. Собрать средства с розничного потребителя, объяснить, что неизбежные потери мелкого инвестора на фондовом рынке, не результат спланированных спекуляций, а просто стечение рисковых факторов, найти дополнительные потребности и слабости потребителя, чтобы на них организовать новый рынок сбыта.

«Большинство американцев особо не задумываются о фондовых рынках, и для Уолл-Стрит это просто прекрасно. Ведь если вы решите разобраться, что есть на самом деле фондовый рынок, то, как отлично знает финансовая индустрия, скорее всего, вы очень разнервничаетесь и заберёте деньги.

Многие начинают догадываться: между 2007 и 2014 инвесторы вывели с фондового рынка $345 миллиардов. Электронные торги падают, а тревоги растут, причем 73% американцев не склонны покупать ценные бумаги, даже спустя пять лет после финансового кризиса…

Давайте перейдём к делу – уверенность инвесторов не составляет проблемы. Проблема в искажённом фондовом рынке. Пора уже покончить с вежливой фикцией, что инвестиции на фондовом рынке – нечто, чем занимаются рациональные, разумные, здравомыслящие люди. Это крайне рискованная контактная борьба за ваши деньги…

Американские фондовые рынки полностью зависят от невежества обычных людей, которые, как предполагается, просто закапывают свои деньги в пенсионные фонды и 401(К), выплачивают колоссальные суммы размером в треть пенсионных денег на вознаграждение высокооплачиваемых менеджеров и никогда не пикнут в знак протеста.

Удивительно, что вообще кто-то доверяет им (рынкам)».[24]

Почему рядовой инвестор часто оказывается в проигрыше, а для транснациональных кампаний виртуальные денежные инструменты поистине Клондайк, показал еще век назад забытый у нас исследователь А. Финн-Енотаевский, обнародовав схему махинации с акциями предприятий команды Путилова. Покупались ценные бумаги на средства менеджеров банков, через подставных лиц, создавалась повышательная волна. Затем акции продавались банкам с прибылью. Если эту применить схему к современным реалиям мировых фондовых и валютных рынков, то становится понятным, что в этом случае вполне легально идет приватизация прибыли и национализация, а вернее распределение их по акционерам и вкладчикам различных финансовых учреждений, убытков. Может ценность перепроданных акций и возрастет, что очень сомнительно, но свой барыш махинаторы получат уже сейчас. «Лидеры, таким образом, всегда оставались в барыше, банки часто, но далеко не всегда, публика же, особенно провинциальная оставалась почти всегда в дураках. Путилов главенствовал еще и потому, что директора распорядители некоторых других банков были или его ставленниками, или от него зависели.»[25]

Как видим, российский капитал не брал в качестве ориентиров либеральные концепции для создания действенных схем гарантированного получения личной прибыли, хотя и активно рассуждал о необходимости расширения в стране либеральных свобод.

Различные конгрессы и парламенты по всему западному миру теперь просто действуют, как «штамповщики» мер жёсткой экономии, которых требуют их корпоративные боссы. Финансово-бюджетная политика не действует в США, Японии, Австралии, Канаде, Британии и Еврозоне. Повсюду банковские картели усиливают хватку, финансово-бюджетная политика повсюду игнорируется. Повсюду – спасение и щедрые субсидии для 1% и затягивание поясов, шоковая терапия для всех остальных. Разве не так? Государственный капитализм – не теория заговора. Это просто классовая война, поднятая на следующий уровень. [26]

В этих целях используются различные структуры, вплоть до глобальных, таких как Всемирный банк. «В соответствие с выводами «Доклада о мировом развитии 2014», вышедшего в свет под названием «Риски и возможности: управление рисками в интересах развития», домохозяйства оказываются и остаются за чертой бедности в значительной мере именно под влиянием неблагоприятных явлений - прежде всего, внезапных заболеваний, экстремальных погодных явлений и экономических кризисов. В докладе сделан вывод о том, что ответственное и эффективное управление рисками способно спасти человеческие жизни, предотвратить экономические потери и регресс в области развития, а также открыть новые возможности в целях развития. Управление рисками может быть мощным инструментом развития, способным обеспечить безопасность и стать движущей силой прогресса для народов развивающихся стран и всего мира»[27]. ВБ предлагает рисковать, готов помочь советами, но ни слова не говорит о контроле над деятельностью крупнейших ФПГ, которые и создают большинство экономических рисков, выбирая для себя абсолютно безрисковые технологии обогащения.

Поиск новых идей получения прибыли, а самое главное, увеличения ресурсов власти приводит к тому, что сейчас не брезгуют ничем. ЕС официально включил доходы от проституции, торговли наркотиками в общую статистику ВВП своих стран[28]. Если вспомнить «опиумные войны», причина которых была не столько в получении контроля над рынком наркотиков в Китае, а в стремлении полностью подавить волю китайцев к сопротивлению и превращению одной из крупнейших стран мира в полуколонию, то становится понятным, что колониальное мышление уже начинает распространятся и на европейское население. При том, что глобальные ФПГ де-факто являются своеобразными экстерриториальными квазигосударственными образованиями, в этом есть своя логика. Они не несут ответственности за все население Европы, их интересуют только те человеческие ресурсы, которые используются ими или в их интересах.

Либеральные идеи сегодня нужны для ослабления потенциальных конкурентов, чтобы увлеченные фрагментацией общественных интересов, зацикленные на гедонических наслаждениях, они не смогли сконцентрировать ресурсы на противодействии глобальным ФПГ. Очень показательно это было осуществлено на Украине. С помощью либерализма в обществе поменяли ценности на модель потребительского поведения, внушив, что продается и покупается все: жизнь, честь, профессиональные обязанности, земля, недра, история, вера. Общество раздробили настолько, что 100 тыс. боевиков сегодня вполне могут держать в страхе и повиновении порядка 40 миллионов человек. А этим боевикам сейчас наглядно преподносят урок, что без поддержки хозяина, у которого есть технологии, воля, ресурсы, чтобы подавить, причем безжалостно, любое недовольство слишком националистически настроенных зомби, они не способны самостоятельно противодействовать сплоченному и хорошо мотивированному оппоненту.

Сегодня крупнейшие западные ФПГ, имеющие предметный интерес к Украине, с помощью террора и его замалчивания в Европе и США стремятся полностью подчинить своему влиянию украинское общество. Выбив из него иллюзии, что оно может само что-то решать. Те, кто не имеет там интересов, предпочитают не влезать не в свои дела.

Поэтому и возникают сложности у российского политического руководства. Там реалисты и они понимают, что стране придется и дальше работать с глобальными ФПГ и, в тоже время никуда не деется от ближайшего соседа со всеми его нарастающими проблемами. Поскольку слишком сильны цивилизационные связи, руководству России, чтобы сохранить поддержку собственного населения, придется помогать украинским жителям в решении их обостряющихся социальных вопросов. Не случайно порядка 3 млн. граждан Украины зарабатывают в России.

Поэтому надо найти ту формулу урегулирования украинского кризиса, которая устроит всех. Но не с позиций слабого, а на основе демонстрации собственных козырей и ресурсов, способных убедить, что в этом случае договорится и пойти на компромисс выгоднее, чем упираться и нести убытки. Начать воевать молча, без попыток выйти на договоренности – надолго получить врага и в глобальном пространстве и на территории Украины, который будет долго стараться взять реванш за поражение.

Нам здесь важна не позиция Обамы или Меркель. Не они являются ключевыми держателями ситуации. Они посредники в разговоре между РФ и мировыми ФПГ, завязшими в своей украинской авантюре.

Что подталкивает к такому выводу? Давайте сравним Франклина Рузвельта, сумевшего преодолеть сопротивление 1800 американских монополий и выведшего США из Великой депрессии, единственного усидевшего 4 срока в кресле Президента. Это действительно показатель личной политической мощи. И Барака Обамы, которого считают самым слабым президентом за последние 69 лет[29]. Насколько может быть авторитетен политик, всю свою карьеру старавшийся лишь удержаться на плаву? «Барак Обама, появившись в сенате США, строил свои взаимоотношения на просьбах о помощи. Примерно у трети сенаторов он спрашивал совета, медленно, но верно развивал наставнические отношения с Томом Дэшлом, бывшим лидером партии в сенате, только что потерпевшим неудачу при переизбрании, а также с Тедом Кеннеди и сенатором от республиканцев Ричардом Льюгаром. Как заметил автор статьи об Обаме в New York Times: «Роль хорошего студента помогла ему добиться привязанности от некоторых коллег-адвокатов».[30]

Ангела Меркель, пообещавшая пересмотреть политику Г. Шредера на развитие контактов с Москвой и явно высказывавшая готовность полностью следовать в фарватере политики Вашингтона, будучи весьма зависимой от поддержки германского бизнеса, была вынуждена скорректировать свои политические подходы. Поэтому не случайно, в разгар украинского кризиса. Когда официальный Берлин склонялся к очень жесткой позиции отн6осительно Кремля, В.В. Путин встретился с руководство Сименса[31], а не стал форсировать контакты с бундесканцлером.

Это дает свои плоды. Белому дому так и не удалось мобилизовать большинство реальных распорядителей политических решений в странах союзников на очередной «крестовый поход» против Российской Федерации. Польша и страны Прибалтики вполне послушны заокеанской воле. Но председатель ЕС, в настоящий период, Италия, абсолютно не желает обострения политико-экономических отношений. «Италия является вторым по величине торговым партнёром России в ЕС, первое место занимает Германия. Торговый оборот между странами резко вырос с 2009 года, что принесло в прошлом году экономике Италии €30 млрд. В последние годы большое внимание было сосредоточено на укреплении сотрудничества Италии и России в сфере энергетики».[32]

Мир большого бизнеса слишком прагматичен, чтобы вестись на лозунги и покорятся чужим ценностям. И он успешно доказывает, что является ключевым держателем политических элит большинства ведущих стран мира. А значит надо ориентироваться не на декларируемые западными государствами принципы, а на конкретные интересы ведущих игроков политического и экономического глобального пространства. В условиях глобализации надо играть по правилам реальной политики. А они гласят, что политические решения принимаются исходя из интересов политически значимых субъектов. Современный реализм должен оперировать не понятием «национальные интересы», а термином «артикулированные интересы ключевых политических игроков». А вот совпадают они с реальными задачами развития государств и социумов или нет – это уже другой вопрос.

Тем более, что спокойный анализ статистики тенденций экономического развития государств показывает, что сегодня не либеральные ценности, а природные ресурсы и сохранение полного политического суверенитета обеспечивают успех и усиление позиций политической элиты. Расположенная в США правозащитная организация Freedom House опубликовала 12 июня 2014 года свой ежегодный доклад по итогам мониторинга демократического развития в 29 государствах бывшего Советского Союза, на Балканах и в Центральной Европе[33].

Международный валютный фонд (явно не имеющий симпатий к «авторитарным режимам») ежегодно публикует итоги экономической деятельности государств. Учитывая, что в них присутствует разный уровень цен, они считают валовой внутренний продукт по методике паритета покупательной стоимости.

Вы, наверное, сильно удивитесь, если узнаете, что лидерами по темпам роста национальных экономик за последнее десятилетие, среди бывших союзных республик СССР являются Азербайджан и Туркменистан[34]. По своей динамике они даже опережают признанного лидера – Китай. Но еще более интересной вся эта статистика становится, если мы сравним её с оценками «мониторинга демократического развития».

место

страна

Темпы роста ВВП по ППС

Государства с авторитарной и частично авторитарной политической системой

1

Азербайджан

294,5

2

Туркменистан

253,9

3

Таджикистан

146,9

4

Узбекистан

169,0

5

Казахстан

138,2

6

Беларусь

134,9

7

Армения

115,7

10

Киргизия

87,3

11

Россия

82,1

Государства с переходной или гибридной политической системой

8

Грузия

113,9

9

Молдова

91,1

15

Украина

55,9

Государства с устойчивой демократической системой

12

Литва

70,7

13

Эстония

65,3

14

Латвия

63,2

 

Удивительные цифры для тех, кто убежденно доказывает, что переход на демократические стандарты, рекомендованные США, автоматически означает экономическое процветание. Как видим, ничего подобного.

Конечно, корректнее всего сопоставлять сравнимые страны. К примеру, посмотрим как себя чувствует первая десятка стран мира по объемам экономики. Увеличение ВВП (по ППС, по данным МВФ) страны за последние 10 лет[35]: США - 45,9%, КНР - 222,2%, Индия - 153,8, Япония - 32,9, ФРГ - 40,3, РФ - 82,1%, Бразилия - 75,9, Великобритания - 37,1%, Франция - 35,1%, Мексика - 59,2%. Перечень дан по итогам 2013 в порядке убывания объемов национальных экономик. По темпам Россия на 3 месте, заметно опережая лидеров ЕС.

Во многом отставание от Китая объясняется моделью трансформации советской политической системы в ельцинскую, при которой сохранение экономического потенциала не рассматривалось как первоочередная задача. «Мы занимались не сбором денег, а уничтожением коммунизма. Это разные задачи, с разной ценой. Мало кто на Западе понимает, что такое коммунизм на самом деле и какую цену заплатила наша страна за это. Мало кто это понимает на Западе.

Что такое приватизация для нормального западного профессора, для какого-нибудь Джеффри Сакса? Который пять раз уже менял позицию по этому поводу, и докатился до того, что надо отменить приватизацию и начать всё заново. Для него, в соответствии с западными учебниками, это классический экономический процесс, в ходе которого оптимизируется затраты на то, чтобы в максимальной степени эффективно разместить активы переданные государством в частные руки. А мы знали, что каждый проданный завод — это гвоздь в крышку гроба коммунизма. Дорого ли, дёшево, бесплатно, с приплатой — двадцатый вопрос, двадцатый. А первый вопрос один: каждый появившийся частный собственник в России — это необратимость. Это необратимость. Точно также как 1 сентября 92 года первым выданным ваучером мы выхватили буквально из рук у красных решение об остановке приватизации в России, точно также каждым следующим шагом мы двигались ровно в том же самом направлении.

Приватизация в России до 97 года вообще не была экономическим процессом. Она решала совершенно другого масштаба задачи, что мало кто понимал тогда, а уж тем более на Западе. Она решала главную задачу — остановить коммунизм. Эту задачу мы решили. Мы решили её полностью. Мы решили её с того момента, когда на выборах в 96-ом году Зюганов отказался от лозунга «национализация частной собственности». Отказался не потому, что он полюбил частную собственность, а потому что он понимал, что если хочешь власть в этой стране получить, безумие отнимать назад. У тебя самого отнимут так, что мало не покажется. Этим самым мы заставили его, независимо от его желания, играть по нашим правилам, ровно то, чего и надо было добиться. А для Сакса это дёшево, можно было дороже, нужно было процедуры изменить. Мы решали другую задачу, и эту задачу решили»[36]. Так объяснял в 2001 году свои решения в период приватизации А. Чубайс.

Конечно, считать, что в нашей стране все идеально никто не будет. Но при оценке перспектив развития и формировании моделей более эффективной социально-экономической политики точно не стоит опираться на мифотворческие «стандарты демократии», декларируемые ангажированными структурами. А работу в этом направлении неизбежно придется проделать большую. Украинский кризис показал, что федеральный центр, внешнеполитические ведомства работают на уровне, достойным державы-лидера мирового политического процесса, но внутренние механизмы воспроизводства экономических и социальных ресурсов явно не дотягивают до этого уровня и не могут надежно обеспечить закрепления достигнутых рубежей.

В итоге пора задаться вопросом для чего политическому классу России либерализм? Монополизирующееся глобальное экономическое пространство живет по своим законам и идеологическим установкам, ключевая из которых – максимизация ресурсов власти. При этом схема потребительского общества, где так необходима пиар-концепция либерализма нужна исключительно для повышения ценности ресурса, находящегося в изобилии у ФПГ – денег. Обостряющиеся противоречия между ключевыми игроками мирового политического, экономического, социального и культурного пространства чреваты высоким риском перехода к активной фазе выяснения отношений. А в этом случае либерализм плохой помощник для мобилизации ресурсов во имя победы. Россия не была и не будет моральным авторитетом для либеральной общественности. Эта позиция давно и прочно занята.

Россия включена в мировую финансовую систему, основанную на долларе США. Без неё стране пока сложно вести внешнюю торговлю. Но, мы производим очень востребованный и реальный ресурс – сырье, Его востребованность очень высока, а значит это и есть наша главная конвертируемая валюта. Финансовые центры больше заинтересованы в нас, чем мы в них. А значит, при наличии необходимых политических, силовых, информационных ресурсов защиты, мы можем диктовать правила игры. Проблема России – слабые сети взаимодействий, в которых она играет ключевую или доминирующую роль. Мы нуждаемся в присутствии в открытом мире, но это миф, что он может быть построен исключительно на либеральных ценностях. Мировой миропорядок сейчас монополизован сверхдержавой – США. А бросают вызов монополии и создают конкурентное пространство – Российская Федерация, КНР, Индия, Бразилия, Иран, государства Аравийского полуострова. В перспективе это могут быть Бразилия. ФРГ, Аргентина, Франция.

Получается, что сейчас, вопреки своей первоначальной природе, либерализм помогает сохранять монополию, а нелиберальные идеологические концепции потенциальных стран-сверхдержав, работают на развитие международной конкуренции. Если либерализм не поддерживает курс на многовекторность международной политики, то логично именно он становится проповедником если не тоталитарной, то как минимум, диктаторской модели международного мироустройства. Тогда не удивительно, что российские, украинские и многие другие либералы поддерживают  государственный террор, устроенный неонацистскими и олигархическими силами на Украине. Ведь одной из целью госпереворота в Киеве и было укрепление политической монополии США на европейском политическом пространстве. Оценку ситуации надо давать не по мифологическим основам, а реальным итогам политической деятельности.

За либеральной концепцией остается роль стимулирования потребительского общества. В этом есть как позитивное, так и разрушительное начало. «Все лекарство и все яд, все решает мера». И что будет стимулироваться: спрос на отечественный продукт и услугу или компрадорская модель открытия национального рынка для зарубежного производителя?

Но в этом случае политической элите надо выбрать: она хочет наращивать ресурсы власти или расходовать их на потребление. Понятно, что есть необходимые потребности поддержания жизнеспособности системы и индивида. Они все предусмотрены традиционными ценностями. Все что выходит за их рамки – это, чаще всего, непроизводительные затраты, отвлекающие ресурсы власти от достижения более значимых целей. Если потребление стимулирует расширенное воспроизводство ресурса – это благо, если приводит к его проеданию, то фактор деградации политической системы.

Определенные тенденции в этом направлении наметились. Согласно сведениям фирмы Global Blue, гости из России потратили в Великобритании с начала года на розничные покупки на 22% меньше, чем в тот же прошлогодний период. Зато китайцы потратили на 8% больше. Впрочем, издание считает, что таких сумасшедших денег, как россияне, уже никто в Лондоне тратить не будет.[37]

Для иллюстрации:

Исследователи предложили визуальную иллюстрацию сети глобального корпоративного контроля. Сеть из 1318 компаний представлена двумя группами: 147 суперинтегрированных компаний (обозначены точками красного цвета) и остальные 1171 высокоинтегрированных компаний (обозначены точками желтого цвета). Размер точки представляет относительный размер доходов компании.[38]

Примечание:

1. Например: Многоликая глобализация / Под ред. П. Бергера и С. Хантингтона; пер с англ. В.В. Сапова под ред. М.М. Лебедевой. – М.: Аспект Пресс, 2004.

2. http://r-u.org.ua/?p=5876

3. http://svopi.ru/interesno/331-shokiruyuschee-video-gruzovik-na-polnom-ho...

4. http://euroua.com/humrights/journalism/2884-svoboda-slova-v-ukraine-v-us...

5. http://www.gazeta.ru/social/news/2014/07/13/n_6305105.shtml

6. http://www.0629.com.ua/news/559847

7. http://i24.com.ua/news/proisshestviya/sergej-dolgov-nahoditsya-v-zaporozhe

8. http://tvrain.ru/articles/v_obse_zajavili_o_pohischenii_dvuh_ukrainskih_...

9. http://www.ukrinform.ua/rus/news/obse_bespokoit_terroristicheskaya_tsenz...

10. http://ru.tsn.ua/politika/v-obse-ubezhdayut-chto-terroristy-ne-imeyut-pr...

11. http://rus.newsru.ua/ukraine/01jul2014/dovelizahvatily.html

12. http://argumenti.ru/society/2014/07/349419

13. http://rian.com.ua/me/20140620/353661606.html

14. Материалы в открытом доступе в интернете.

15. См. Пономарева Е.Г. Проект «Косово»: мафия, НАТО и большая политика. De Conspiratione / О Заговоре. Сборник монографий. А.И. Фурсов (сост.). М.: Товарищество научных изданий КМК. 2013.

16. Рейган Рональд. Откровенно говоря: Избранные речи. Пер. с англ. – М.: Издательство «Новости» (ИАН), 1990, с. 201-202

17. http://vz.ua/news/31209-nad-sbu-povesili-amerikanskiy-flag; http://grozny-ivan.livejournal.com/1034436.html

18. Рейган Рональд. Откровенно говоря: Избранные речи. С. 355.

19. Наследие империй и будущее России / Под. ред. А.И. Миллера. – М.: Фонд «Либеральная миссия»; Новое литературное обозрение, 2008. С.11-12.

20. Там же. С. 13

21. Булгаков С.Н. История экономических и социальных учений / Сергей Николаевич Булгаков; вступ. статья, сост. и примеч. В.В. Сапова. – М.: Астрель, 2007. С. 233.

22. Гобсон Дж.А. Империализм. – Ленинград: Издательство Прибой, 1927; Ленин В. И. Империализм, как высшая стадия капитализма (популярный очерк) Печатается по тексту Полного собрания сочинений В. И. Ленина, изд. 5, т. 27, стр. 299–426. http://www.esperanto.mv.ru/Marksismo/Lenin_Imperialism/imp.html; Кафенгауз Л.Б. Эволюция промышленного производства России (последняя треть XIX в. – 30-е годы XX в.). – М., 1994.

23. http://www.newscientist.com/article/mg21228354.500-revealed--the-capital...

24. http://www.theguardian.com/commentisfree/2014/jun/22/wall-street-washing...

25. Финн-Енотаевский А. Финансовый капитал и производительный. - М.: Финансовое изд-во, 1926. С.130 – 131

26. http://voprosik.net/zachem-centrobanki-srochno-skupayut-akcii/

27. http://www.worldbank.org/ru/news/press-release/2013/10/06/better-risk-ma...

28. http://quote.rbc.ru/topnews/2014/06/11/34168680.html; http://www.profi-forex.org/novosti-mira/novosti-evropy/united_kingdom/en...

29.http://www.quinnipiac.edu/news-and-events/quinnipiac-university-poll/nat... http://www.kommersant.ru/doc/2504378

30. Пфеффер Д. Власть. Почему у одних она есть, а у других – нет / Джеффри Пфеффер (пер. с англ. А. Яковенко) – М.: Карьера Пресс, 2012. С. 81 – 82.

31. http://www.kremlin.ru/news/20644/print; http://открытая-россия.рф/novosti/vstrecha-v.-putina-s-predsedatelem-pravleniya-konczerna-simens-dzho-kezerom.html;

32. http://russian.rt.com/article/40651#ixzz37RFM4BZM

33. http://www.freedomhouse.org/report/nations-transit/nations-transit-2014#...

34. http://svspb.net/danmark/vvp-stran.php

35. Там же

36. http://forum-msk.org/material/video/2493684.html

37. http://www.ridus.ru/news/163664

38. 40 процентов мирового богатства контролируют 147 транснациональных корпораций. [Электронный ресурс] // Центр гуманитарных технологий. URL: http://gtmarket.ru/news/corporate/2011/10/24/3685

Владимир Савичев, кандидат политических наук 

Комментарии

Аватар пользователя Чекалов

<p> &nbsp; </p> <p> &nbsp; </p> <p> Человечество заблудилось в трёх соснах </p> <p> <a href="http://samlib.ru/c/chekalow_ewgenij_wasilxewich/nazlobudnjaglawa04chelowechestwozabludilosxwtrehsosnah.shtml">http://samlib.ru/c/chekalow_ewgenij_wasilxewich/nazlobudnjaglawa04chelowechestwozabludilosxwtrehsosnah.shtml</a> </p>
Аватар пользователя Владимир27

<p> кто про что, а я про образование :-) там тоже долиберальничали до волюнтаризма (отрицания разума) и, следовательно, до дебилизации населения... </p>
Аватар пользователя Чекалов

<p> &nbsp; </p> <p> &nbsp; </p> <p> Человечество заблудилось в трёх соснах </p> <p> <a href="http://samlib.ru/c/chekalow_ewgenij_wasilxewich/nazlobudnjaglawa04chelowechestwozabludilosxwtrehsosnah.shtml">http://samlib.ru/c/chekalow_ewgenij_wasilxewich/nazlobudnjaglawa04chelowechestwozabludilosxwtrehsosnah.shtml</a> </p>
Аватар пользователя Владимир27

<p> кто про что, а я про образование :-) там тоже долиберальничали до волюнтаризма (отрицания разума) и, следовательно, до дебилизации населения... </p>

Добавить комментарий

CAPTCHA на основе изображений