Национализация элиты как условие развития России

На  конференции 7 марта 2013 года в Москве, посвященной 400-летию династии Романовых, С.Н. Бабурин заявил, что Россия должна вернуться на путь, проложенный предками, на путь империи, либо уйти в историческое небытие, ибо только империи сейчас – основные игроки на мировой арене. Другие докладчики в академическом стиле критиковали его за неточное употребление термина «империя». Но так ли это важно? Являются ли Европейский Союз, США, Китай империями в классическом смысле? Захватывают ли они чужие территории, как во времена Рима или Чингиз-хана? Территориальные захваты не обязательны, но экономические, культурные, информационные, идеологические войны ведутся – и везде целью их является установление реального контроля над сознанием других народов, ресурсами или рынками других стран для расширения возможностей развития  своей нации или своих корпораций. Империя не обязательно суть монархия, она может реализоваться и при республиканском строе правления.

В Европе на протяжении 1200 лет прослеживается тенденция объединения континента: то империя Каролингов, то Священная Римская империя. В XIX она стала добычей Наполеона, в первой половине XX века ее объединил Гитлер; в начале  XXI века мы видим Европу в формате  Европейского Союза. Объединение происходит вокруг сильнейшей в каждую эпоху страны – либо Франции, либо Германии, либо их обеих. Центростремительный процесс внутри континента идет под воздействием общеевропейской культурной идентичности, возникшей на основе общности религии, хозяйственных связей и права. Из европейской идентичности выпадает Россия и остается самостоятельной цивилизацией: религия христианская, да не та; вместо римского права – византийское наследие самодержавия; хозяйственные связи – внутри себя, а разомкнуты в разные стороны света, не только на Европу.

После развала СССР устанавливается однополярный мир и З. Бжезинский спешит зафиксировать господство США и установить его как цель развития мира в своей книге «Великая шахматная доска»; для закрепления униженного геополитического положения России отколоть от нее Украину. Правда, уже в 1992 году Джордж Буш-старший считал эти задачи неверными. Господство США оказалось не настолько прочным, чтобы утвердиться надолго, как было в прежние эпохи. Финансовый кризис 2008 года, начавшийся с обвала внутреннего рынка ипотеки в США и продолжившийся крушением крупнейших банков, показало внутреннюю неустойчивость либеральной империи.

Очевидно, несмотря на заявления З. Бжезинского о четырёх факторах, позволяющих сохранять мировое господство, США не хватило чего-то существенного даже и на четверть века. Для мирового или континентального господства есть объективный предел, а именно  цивилизационная прочность государства-гегемона (или объединения государств). Во-первых, как показала история XX века, это либо не менее 20% мирового производства, как у США и СССР в годы их могущества сверхдержав, либо хотя бы 20% населения Земли, как у Китая и вдобавок мощная реальная экономика. Во-вторых, в основе глобальной рыночной экономики лежит многократное превышение фиктивного капитала над реальным капиталом, глобальные спекуляции ценными бумагами и постоянное превышение потребления над доходами. Но такая экономика  сама по себе не может быть стабильной, чтобы долго служить базой могущества «либеральной» империи. Проблемы «имперскости» единой Европы носят ту же природу, что и в США, ибо в глубине их лежит идеология безудержного потребления, в том числе символического.

Далее встает вопрос, а может ли Россия при данной элите уверенно идти в будущее? Если задаться вопросом, какова природа правящего класса в России, то при близком рассмотрении обнаружится ее несомненное родство не с классом предпринимателей, буржуазии, а с сословием служилой военной бюрократии, нового дворянства. Исторически это правящее сословие давно сошло со сцены во всех развитых странах, но оно утвердилось в современной России, несмотря на то, что якобы произошли рыночные реформы. Главная его особенность – неразделенная политическая и экономическая власть, а именно удержание собственности и власти в одних и тех же руках.

Но дело не только и не столько в этом. Много свидетельств тому, что свое будущее это правящее сословие не связывает со страной, которой правит. Заграничная собственность в очень больших масштабах, оффшоризация экономики, учёба и работа детей за границей как у многих государственных чиновников высокого ранга, так и у крупных бизнесменов. Принятые недавно  Госдумой законы о выводе денежных и иных активов депутатов, сенаторов и министров из-за границы, чтобы исключить возможность политического шантажа извне на них, всего лишь предпосылка устойчивости России, но не гарантия. А гарантией может быть только национализация политического сознания элиты, нацеленная на служение России и противостояние врагам ее национальных интересов.

Президент В.В. Путин в своем послании Федеральному собранию РФ заявлял, что в стране сильно ослабли духовные скрепы, соединяющие людей в народ, а народ со своим государством. Но это ослабление скреп касается, прежде всего, самой политической элиты, подающей пример остальным. А внутренне устойчивое ядро культуры связано с национальным идеалом, вырастающим из  глубин культуры, из совокупности политического, духовного и социального идеалов, утвердившихся в самосознании народа.

На протяжении тысячелетия в русском народе в качестве идеалов утверждались политическое единство, духовное братство и социальная правда. Идеалы, напрочь отброшенные большинством российской элиты, но не переставшие жить в сознании народа, обязательно разведут элиту с народом в близком будущем – и тем самым Россия продолжает жить в круге революций еще на  ближайшие десятилетия! Но ведь такая перспектива для нации в условиях глобальной конкуренции – гарантия окончательного вылета из влиятельных мировых игроков и быстрого полного угасания в условия нищеты и раздробленности.

Обычно идеал связывают с конкретным образцом, например идеал христианина – сам Иисус Христос, буддиста – Будда. Но в России был свой воплощённый идеал государственного, церковного и общественного служения – это преподобный Сергий Радонежский. Именно он оказал своим огромным авторитетом мощное духовное влияние на восстановление русской государственности, благословив Дмитрия Донского и его войско на Куликовскую битву, на развитие монастырей и православия, на установление социального мира и единства в русском обществе. Во многом сходное влияние на развитие государственности, религии и социального развития оказал и равноапостольный великий князь Киевский Владимир: объединением княжеств, крещением Руси и сводом законодательства. В значительной мере это единство государственных и духовных устремлений было присуще первым царям из династии Романовых: Михаилу Фёдоровичу, Алексею Михайловичу и Фёдору Алексеевичу. В той или иной мере это было присуще государям из этой династии и в следующие века, за исключением, быть может, Анны Иоанновны и Петра Третьего.

Необходимо понимать, что с задачей цивилизационного будущего чисто светское государство не справится, ибо Россия испытывает на этом пути мощную конкуренцию уже существующих секулярных государств Евросоюза и США. На этом поле нам не победить и не стоит даже ступать на него, наоборот, необходимо защищать свои цивилизационные основы, сложившиеся веками. Двуединство государства и церкви не может опираться только на православие, здесь требуется равноправное участие и других конфессий в таком диалоге.

 Ясно только одно: помимо готовности занять место в правящей элите должно быть непререкаемым условие –  честное служение  России до конца жизни.

Еще в XIX веке знаменитый  своими русофобскими мемуарами о России маркиз Астольф де Кюстин, не понимая этого сам, зафиксировал евразийский характер российской самодержавной империи, а значит и характер ее верховной власти. Император Николай I показал ему на группу свитских офицеров поблизости от них и говорит, что среди этих примерно тридцати гвардейцев лишь несколько человек собственно русские, но остальные - это татары,  немцы, кавказцы. То есть, Россия держалась на верной службе не только русских, но и всех остальных народов, – и это не были наёмники, как при Алексее Михайловиче. Была ли осознана линия геополитики в сознании императора или не была, он имперскую геополитику понимал государственным инстинктом. Это, кстати,  свойственно всей династии Романовых  в целом [1].

И что бы ни говорили наши либералы о европейском векторе развития, он был и остаётся евразийским. Тем более, что под боком России созрел новый мировой гигант современности – Китай, да и другие соседи притягивают наши экономические и политические интересы на дальнем Востоке. А сравнительно недалеко от южных границ России находится ещё один цивилизационный гигант – Индия. Туда, на восток и на юг, перемещается вектор мирового локомотива, так что, интегрируясь экономически с ними, Россия выигрывает. Было бы непростительной ошибкой остаться в одиночестве или занять чью-то одну сторону.

Имперский мыслитель  Л.А. Тихомиров в вопросе о верховной власти в России стоял на позиции,  что партии должны различаться тем, чьи интересы отстаивают и какие идеологии исповедуют, но все они должны сходиться на признании того, кому принадлежит верховная власть в стране. Для предотвращения распада страны не должно возникать сомнений относительно характера верховной власти, то есть режима правления [2]. Тихомиров подчёркивал, что это вопрос не теоретический, а самый важный для практической работы парламента.  В случае споров о  верховной власти в стране работа парламента будет парализована, окажется бесплодной, что подтвердила история дореволюционной Государственной Думы всех созывов. В современной России, как представляется, Государственная Дума, особенно ее «консервативное» большинство, не является зрелым оппонентом либеральных устремлений правительства под руководством Д.А. Медведева, нацеленных на встраивание России в глобальный рынок без достаточного осознания его угроз российской идентичности и целостности страны.

 И.Л. Солоневич также был ярким выразителем монархической идеи. Он предупреждал о большой опасности, грозящей государственности со стороны бюрократии. Если весь правящий класс превратится в бюрократию, то она будет голосовать  за ту партию, которая предложит ей как можно больше мест. кресел и власти. Он утверждал, что России нужна наследственная и юридически бесспорная единоличная монархия, независимая от интересов и партийной борьбы, от слоев, профессий, областей и групп для того, чтобы в решительный момент истории иметь право решающего голоса и право определять сам этот момент. Кроме единоличной монархии, России необходимо народное представительство, отражающее подлинные интересы страны и людей, а не рупор измены и гласности, не честолюбия и утопии вождей политических партий вроде Милюкова и Керенского, Плеханова и Ленина. И.Л. Солоневич верно отметил такое родовое качество самодержавия, отличающее его от европейского абсолютизма, как опора на общинный строй России и на православную Церковь: самодержавие концентрировало в себе и народную совесть, и его политическую волю. [3].

Как бы мы ни относились к самому президенту страны и вообще политической элите, мы должны понимать следующее. Элита приведет к успеху страну только в том случае, если будет опираться на цивилизационные устои культуры России, заключенные в ее исторических ценностях, а также при условии, что они будут служить не столько себе, сколько национальным интересам страны и народа. З. Бжезинский как-то сказал: «Российская элита хранит в американских банках 500 миллиардов долларов. Но тогда стоит задать вопрос: это ваша элита   или она уже наша?» Национализация элиты  – вот главный лозунг политического самосознания современной России! Лозунг «малых дел» для нации давно устарел и ничего не решает для страны в глобальной современности. И только при национализации элиты  ей обеспечено твёрдое будущее!

ИСПОЛЬЗОВАННАЯ ЛИТЕРАТУРА:

1. Кюстин Астольф де. Николаевская Россия / Астольф де Кюстин ; пер. с фр. Я. Гессена, Л. Домгера. - М. : АСТ : АСТ Москва : Хранитель, 2008. - 411 с.

2. Тихомиров Л. А. Руководящие идеи русской жизни / Л. А. Тихомиров ; отв. ред. О. Платонов. - М. : Институт русской цивилизации, 2008. - 640 с.

3. Солоневич И. Л. Народная монархия / И. Л. Солоневич. - М. : Римис, 2005. - 472 с.

Добавить комментарий

CAPTCHA на основе изображений