«Потребность в образе врага в лице России сохранится надолго»

Российско-американские отношения в период администрации Дж. Байдена будут характеризоваться сочетанием усиления конфронтации, ужесточения риторики и дальнейшего ухудшения политической атмосферы, с одной стороны, и избирательным сотрудничеством по отдельным вопросам в интересах обеих сторон, с другой. Повестка дня может расшириться, но останется весьма ограниченной.

Вероятное нарастание конфронтации Москвы и Вашингтона в ближайшие месяцы и годы связано с несколькими причинами. Первая – это самый глубокий и острый внутренний кризис в США со времен Гражданской войны 1861-1865 гг. Итоги президентских выборов подчеркнули раскол американского общества по ценностно-политическому и социально-экономическому признакам. Они показали острейшую поляризацию политической системы, когда демократы и республиканцы считают друг друга непримиримыми врагами и не способны договориться по подавляющему большинству вопросов, а также увеличение доли протестного электората справа и слева и усиление радикальных элементов.

Традиционные политические элиты воспользовались штурмом Конгресса сторонниками Дональда Трампа 6 января, чтобы уничтожить экс-президента политически и ослабить трампизм как идею, дезорганизовать и его сторонников и предотвратить реванш внесистемных сил в обозримой перспективе. Чтобы вернуть и укрепить свою власть, Трампу вынесли второй импичмент, обвинив его в подстрекательстве к мятежу. Его последователей изображают террористами и врагами демократии. Началось новое издание маккартизма: последователей Трампа и сомневающихся в исходе выборов 2020 г., подвергают общественному порицанию и травле, у них блокируют аккаунты в соцсетях, а некоторых даже увольняют с работы.

Из-за раскола американского общества и сохраняющейся популярности Трампа борьба с внутренними врагами не пойдет в ближайшее время на спад, поэтому потребность в образе врага в лице России сохранится надолго. Не случайно лидеры Демократической партии: спикер Палаты представителей Нэнси Пелоси и бывший кандидат в президенты США Хиллари Клинтон заговорили о необходимости создания комиссии Конгресса по расследованию связей Трампа и Владимира Путина по образцу комиссии по расследованию терактов 11 сентября 2001 года. Россия при Байдене останется фактором американской внутренней политики. Демократы будут использовать его в борьбе против сторонников Трампа. Республиканцы же будут преподносить любой шаг Вашингтона в отношении Москвы, выглядящий более мягким по сравнению с действиями Трампа (например, по контролю над вооружениями), как свидетельство слабости Белого дома и предательства им национальных интересов. Возможности даже для ограниченного сотрудничества вряд ли расширятся.

Вторая причина для роста конфронтации между Россией и США с приходом Байдена и позиционирования нашей страны как врага №1 – стремление демократического истеблишмента «наказать» Россию за победу Трампа в 2016 году. Их вера, что именно так называемое «российское вмешательство» тогда лишило Хиллари Клинтон победы, сократило их политическую карьеру на четыре года и нанесло ущерб «американскому лидерству», непоколебима. Сейчас эти постаревшие и озлобленные люди возвращаются во власть.

К этому стоит добавить личную неприязнь Джозефа Байдена и Владимира Путина. В 2011 г. в ходе визита в Москву бывший тогда вице-президентом США Байден рекомендовал тогдашнему премьер-министру России Путину не возвращаться на пост президента и рассказал об этом представителям российской оппозиции.

Персональный состав внешнеполитического блока администрации Байдена тоже не предвещает улучшения отношений с Россией. Кандидаты на должность госсекретаря Энтони Блинкен, вероятные советник президента США по национальной безопасности Джон Салливан, старший директор по России и Центральной Азии в Совете по национальной безопасности Андреа Кендалл-Тейлор и старший замгоссекретаря по политическим вопросам Виктория Нуланд относятся к числу либеральных ястребов, сторонников распространения демократии и глобального лидерства США. Для них Россия является препятствием для того и другого, а также идеологическим и геополитическим противником Вашингтона, которого необходимо сдерживать вплоть до трансформации   российского внутриполитического режима и внешней политики. Менее одержимо и более реалистично к России относится бывший посол США в Москве, один из лучших в стране экспертов по России Уильям Бернс, номинированный на должность директора ЦРУ. Но это назначение подчеркивает, что администрация Байдена считает Россию главным противником, для борьбы с которым правительство США будет особенно нуждаться в объективной информации и непредвзятом анализе.

Третья причина усиления конфронтации – восприятие России как более слабого противника по сравнению с Китаем. Оно разделяется всей американской политической элитой, но особенно важно сейчас, когда по внутренним причинам демократы заинтересованы изображать именно Россию врагом США №1. Поэтому администрация Байдена, особенно в первые месяцы президентства, с большой вероятностью попытается сочетать усиление давления на Москву с некоторой разрядкой американо-китайских отношений. Администрация Байдена не откажется от сдерживания КНР: она сделает паузу в части направлений конфронтационной политики и предложит Пекину сотрудничество по вопросам климата, мировой экономики и нераспространения ядерного оружия, но усилит сдерживание в технологической сфере и критику и вопросам прав человека. И все же риторика Вашингтона в отношении Пекина будет мягче, чем в адрес Москвы.

От администрации Байдена следует ожидать усиления критики России по вопросам демократии и прав человека, возрастет риторическая, политическая и финансовая поддержка российской оппозиции и части НКО. Будут вводиться новые антироссийские санкции за «нарушения прав человека», в частности, с использованием «Акта Магнитского». Возможно введение новых санкций, чтобы демонстративно покарать Москву за приписываемые ей проступки, за которые, по мнению демократов, ее недостаточно наказала администрация Трампа. Список прегрешений может быть обширен: от приписываемой Москве практики выплат афганским талибам за убийства американских военных до политики России в Сирии, Ливии, Судане, ЦАР, Венесуэле и, разумеется, в Украине.

Не исключены также санкции в рамках вероятного расследования «связей» Путина и Трампа, важного демократам для политического уничтожения его сторонников и предотвращения их реванша. Вероятно, речь пойдет о новых точечных санкциях против отдельных компаний и физических лиц. Введение более жестких секторальных санкций в краткосрочной перспективе маловероятно, они негативно повлияют на мировую экономику и ударят по союзникам США, налаживание отношений с которыми является одним из главных международных приоритетов администрации Байдена.

США также попытаются усилить политическое сдерживание России на постсоветском пространстве. Вырастет поддержка Украины, Грузии и Молдовы. Расширится помощь белорусской оппозиции, а также координация с ЕС. США, вероятно, будут использовать определенное разочарование армянской элиты позицией России в ходе недавней войны в Нагорном Карабахе, чтобы повлиять на внешнеполитическую ориентацию Еревана. Усилится антироссийская активность США в отношении стран Центральной Азии. Другое дело, что большая часть этих шагов будет символическими: помимо риторики у США немного инструментов для более активного сдерживания России в странах бывшего СССР.

Наконец, усиление роли идеологии во внешней политике США при Байдене и более многосторонний внешнеполитический курс приведет к возрождению в краткосрочной перспективе «коллективного Запада» и проведению им более целостной антироссийской политики.

Соединенные Штаты будут использовать интерес стран Западной Европы к улучшению трансатлантических отношений, чтобы добиваться от них большей лояльности в сдерживании России. Это уменьшит пространство маневра российской политики в Европе и ослабит стремление европейских стран налаживать позитивные отношения с Москвой.

Но по отдельным направлениям, представляющим взаимный интерес, взаимодействие с администрацией Байдена может оказаться более результативным, чем с администрацией Трампа, что создает предпосылки более успешного точечного сотрудничества.

Усыхание повестки дня двухсторонних отношений в период администрации Трампа во многом связано с ее скептическим отношением к контролю над вооружениями и стремлением шантажировать Россию угрозой новой гонки вооружений. Байден и его внешнеполитическая команда не считают ее ключевым инструментом сдерживания России и являются сторонниками контроля над вооружениями. Это создает предпосылки для активизации диалога по вопросам стратегической стабильности.

Администрация Байдена также уделит больше внимания транснациональным и глобальным вызовам и угрозам, таким как изменение климата, международный терроризм, распространение ОМУ (оружия массового уничтожения), пандемия. Борьба с ними требует взаимодействия с Москвой. Кроме того, при Байдене США вернутся к многостороннему подходу к решению проблем ядерных программ Ирана и КНДР и ближневосточного урегулирования. Россия является частью этих форматов, и принятие в 2015 г. совместного всеобъемлющего плана действий по иранской ядерной программе доказывает способность России и США сотрудничать при сохранении конфронтации в двусторонних отношениях.

В пользу более продуктивного диалога России и США свидетельствует большая согласованность внутри администрации Байдена по сравнению с командой Трампа. Управленческий хаос в последней, частая смена руководителей внешнеполитического блока, борьба между ними и частое противодействие инициативам Трампа со стороны собственного окружения резко снижали эффективность двухстороннего диалога.

Наиболее перспективными вопросами сотрудничества России и США при Байдене представляются следующие. 

Во-первых, продление договора СНВ-3. Хотя это и вызовет серьезную критику со стороны республиканцев, новая администрация, скорее всего, продлит договор на пять лет в его нынешнем виде, как и обещал Байден в ходе избирательной кампании.

Во-вторых, диалог по стратегической стабильности после ДСНВ-3. Этот договор является последним двусторонним российско-американским «большим» и классическим соглашением по ограничению и сокращению стратегических ядерных вооружений. Из-за различий в позициях сторон и поляризации американской политической системы добиться аналогичного договора, который мог бы ратифицировать Сенат США, не представляется возможным. Необходимо думать о выработке новой архитектуры поддержания стратегической стабильности, адекватной изменившимся условиям. С администрацией Байдена, не заинтересованной в полном политико-правовом вакууме в сфере стратегической стабильности, вести этот диалог будет легче.

В-третьих, диалог по ракетам средней и меньшей дальности. Администрация Байдена не принимала решение о выходе из ДРСМД. Она также будет более чувствительна к позиции стран Западной Европы, которые были не в восторге от прекращения действия ДРСМД и весьма негативно относятся к перспективе размещения на континенте ракет средней и меньшей дальности наземного базирования.

В-четвертых, диалог по военным аспектам кибербезопасности, ставшей частью стратегической стабильности. В этой сфере вероятность непреднамеренного военного столкновения наиболее высока, а какие-либо правила игры отсутствуют вовсе. История конца 2020 г. со взломом американских правительственных сетей, в котором обвинили Москву, подчеркнула необходимость диалога. В период администрации Трампа запустить его не получилось из-за обвинений во вмешательстве в американские выборы с использованием киберсредств и «сговоре» между Путиным и Трампом.

В-пятых, многосторонние диалоги по проблемам ядерных программ Ирана и КНДР, палестино-израильскому урегулированию.

И наконец, это борьба с изменением климата, которая будет одним из главных приоритетов администрации Байдена во внешней и внутренней политике. России целесообразно резко активизировать собственную политику по сохранению природы, позиционировать себя как одного из экологических лидеров мира и предлагать США соответствующий диалог. В российских интересах, чтобы его приоритетами были защита окружающей среды и адаптация к последствиям изменения климата в Арктике, где Россия и США соседствуют, и где глобальное потепление происходит наиболее быстро. Сотрудничество в охране экосистемы Арктики представляется одним из немногих способов замедлить ее превращение в регион конфронтации.

Вероятно и прекращение дипломатической войны, негативно сказывающейся на взаимодействии по линии гражданского общества, образовательном и научном сотрудничестве, туризме и деловых связях, и восстановление нормальных консульских отношений. Часть из этих направлений администрация Байдена заинтересована развивать.

Ввиду невозможности преодолеть конфронтацию между Россией и США в ближайшие несколько лет и вероятности еще большего ее усиления, отношения с Вашингтоном вряд ли стоит рассматривать как внешнеполитический приоритет России в кратко- и среднесрочной перспективе. Повестка дня отношений с США должна носить минимальный характер и ограничиваться управлением конфронтацией и избирательным сотрудничеством там, где это выгодно России (например, по вопросам климата в Арктике). США следует рассматривать как фактор, преимущественно негативно влияющий на отношения России с ее ключевыми партнерами на постсоветском пространстве, в Азии, Европе и на Ближнем Востоке.

Источник:  https://www.hse.ru/news/expertise/435850309.html

Добавить комментарий

CAPTCHA на основе изображений