Ядерная программа Ирана: угроза или пропагандистский штамп?

 

газета "Московские новости", №42 за 2006 год 

 

Почему Россия, в отличие от США и некоторых других субъектов международного права, так спокойно относится к ядерным амбициям Ирана?

Потому что даже гипотетическое создание Ираном собственного ядерного оружия никак не может повлиять на безопасность России и ее европейских и азиатских партнеров.

Русский взгляд на Иран

С точки зрения Москвы, нынешний иранский режим, во-первых, производит впечатление гораздо более стабильного и предсказуемого, нежели, например, пакистанский режим генерала Мушаррафа, уже обладающий ядерным оружием - той самой "исламской ядерной бомбой", которой так опасаются Израиль и американские "неоконы".

Во-вторых, Тегеран не находится во враждебных отношениях со своими соседями и не имеет с ними территориальных споров - в отличие от Исламабада и Дели, не раз воевавших друг с другом и уже в течение десятилетий балансирующих на грани войны.

В-третьих, сам факт получения Пакистаном и Индией ядерного оружия никак не повлиял на интенсивность индо-пакистанского противостояния и, следовательно, на региональную стабильность. Более того, обладание ядерным оружием возмездия и появившаяся возможность взаимного нанесения неприемлемого урона лишь успокоило руководство двух противостоящих стран.

К тому же за последние почти двести лет эта страна - Персия (Иран) - ни разу ни на кого не нападала. В отличие от многих нынешних оппонентов Тегерана.

Нет никаких оснований думать, что страна с двухтысячелетней цивилизацией за спиной решит вдруг напасть на соседей, с которыми она не имеет сегодня никаких территориальных споров, да еще и применить при этом ядерное оружие, поставив под вопрос собственное существование. (Ведь даже Израиль, заполучивший ядерное оружие уже давно - при финансовом и научном посредстве Вашингтона, несмотря на наличие тяжелейших территориальных проблем с соседями, вполне удовлетворяется лишь неявной угрозой применения такого оружия - в случае явной опасности самому его существованию.)

Иран - страна гораздо более демократичная, чем большинство ее соседей. Здесь функционируют выборные учреждения (и никто заранее не может сказать, кого выберут президентом страны), издаются оппозиционные газеты, люди свободно выезжают за границу, общаются с иностранцами и критикуют собственные власти.

Никакой президент и никакой канцлер не могут даже надеяться обрести самостоятельность в принятии судьбоносных решений, ибо покойным Хомейни выстроена целая система сдержек и противовесов, обеспечивающая пожилым клирикам контроль над действиями молодых радикалов. Ядерная программа Ирана относится к тем вопросам, по которым в стране существует общая точка зрения: вне зависимости от партийной принадлежности и отношения к существующей власти, от этнического происхождения и социального статуса - иранцы настаивают на своем суверенном праве распоряжаться собственными финансовыми и научными ресурсами по своему усмотрению.

Иными словами, иранцы желают тратить деньги на то, на что захотят. Вне зависимости от того, что нам может не нравиться их структура потребления.

И нам трудно требовать изменения этой структуры - пока нет прямой угрозы другим потребителям технологических продуктов нашей цивилизации. Хотя лично я, например, не являюсь сторонником ядерной энергетики вообще и использования русской территории для хранения ядерного топлива и захоронения ядерных отходов.

Иранцам трудно всерьез воспринимать беспокойство великих держав и Израиля относительно строительства той же АЭС в Бушере. Ведь в Тегеране прекрасно помнят, что согласно National Security Decision Memorandum #292 "US-Iran Nuclear Cooperation" от 22.04.1975 года (под этим документом стоит подпись Генри Киссинджера) американцы намеревались помогать шахскому Ирану не только в строительстве АЭС, но и в создании полного ядерного цикла, позволяющего производить топливо для этих АЭС. К 1990 году при содействии США, Франции и Германии должно было быть построено 23 атомных энергоблока. Сегодняшние планы Ирана по вводу в строй энергоблоков в 3-4 раза скромнее.

Причем во времена президентов Джеральда Форда и Джеймса Картера Вашингтон вполне соглашался с тем, что ядерная энергетика нужна Тегерану для удовлетворения энергетических потребностей национальной экономики при одновременном сохранении возможности получать доходы от экспорта нефти. Это нынешний вице-президент сверхдержавы нефтяник Дик Чейни считает, что для нефте- и газодобывающего Ирана ядерная энергетика является пустой тратой ресурсов.

Комплексы и страхи

США и их союзники подозревают Иран в готовности применить ядерное оружие.

Но против кого он мог бы его применить, если бы имел такую возможность?

Мне кажется, что американцы и англичане, в отличие от европейцев, склонны преувеличивать опасность сознательного и спланированного применения ядерного оружия "плохими парнями". И именно потому, что сами, будучи, разумеется, "хорошими парнями", они всегда были готовы использовать любые средства для сокрушения морального духа противника.

Исторически и психологически нам понятно происхождение американского ядерного комплекса: в конце концов США - это единственный обладатель ядерного оружия в мире, применивший это оружие на деле. Причем не против воинских контингентов, а против городского населения. И в целях не столько собственно вооруженной борьбы с противником, сколько в целях психологического воздействия на этого самого противника.

То есть по тем же причинам, по которым американский генерал Шерман во время их Гражданской войны терроризировал население штата Джорджия, британский генерал по прозвищу Bomber Harris бомбил в 1944 году Дрезден (вообще-то англичане начали бомбить гражданское население Германии 11 мая 1940 года - вечером того дня, когда Черчилль стал премьер-министром), а лицо без гражданства Усама бен Ладен - взрывал офисные здания в Нью-Йорке.

На чем основаны страхи великих держав евроатлантики относительно ядерной программы Ирана? На неких (не всегда рациональных) предположениях, связанных с непониманием некоторых важных культурно-политических реалий незападного, несекулярного и нелиберального мира.

Реальность "иранской угрозы"

Да, Иран является противником США и Израиля, и его президент не раз нарушал дипломатические приличия, высказывая свое мнение о тех же Штатах - о стране, свергнувшей в 1953 году законное правительство доктора Мосаддыка, всячески помогавшей Саддаму Хусейну в 1980-е годы вести войну против Ирана (с использованием химического оружия, между прочим), на наших глазах развязавшей широкомасштабную войну в Ираке и открыто угрожающей такой же войной Ирану.

Но иранский удар по территории США невероятен по двум причинам, несмотря на воинственную риторику президента Ирана. (Впрочем, президент США Рейган в свое время тоже не больно думал о дипломатических приличиях в отношении СССР.)

Во-первых, для такого нападения Иран не обладает и не будет обладать (даже гипотетически) ни средствами доставки, ни необходимым количеством зарядов.

Во-вторых, Тегеран прекрасно понимает, что ответный удар США по Ирану будет сокрушительным. Единственная возможность для Ирана нанести существенный ущерб США - боевые столкновения на земле в случае попытки американцев провести сухопутную операцию против супостата. (Иранских генералов, в отличие от иракских, вряд ли можно будет подкупить, а иранская система мобилизации ополченцев превратит всю страну в одну большую Фаллуджу.)

Ну а ядерный удар по территории Израиля еще менее вероятен по нескольким причинам.

Во-первых, никто из лидеров Ирана не собирается своими руками разрушать исламские святыни Иерусалима.

Во-вторых, любой удар по Израилю приведет к поражению территории его ближайших соседей - мусульманских стран. Это США и СССР могли позволить себе рассматривать различные сценарии межконтинентального применения ядерного оружия. Израиль же слишком близко соседствует со своими оппонентами, чтобы кто-то мог планировать применения ядерного оружия первым.

В-третьих, наконец, никакое применение оружия массового поражения против Израиля не спасет нападающую сторону от сокрушительного ответного удара Израиля и тех же США.

Но это лишь в-третьих. Первая же причина - главная.

Да, Ахмадинежад говорил о желательности того, чтобы Бог уничтожил Государство Израиль. Но и Ахмадинежад никогда бы не осмелился даже пожелать (не то что - сделать!) лично заняться ядерным выжиганием земли, которую он считает своей, то есть территорией исламской уммы.

И вряд ли стоит всерьез относиться к перспективе применения Ираном оружия массового уничтожения против государства Израиль.

Либо в Тегеране мы имеем дело с религиозным, теократическим даже режимом - и тогда все разговоры о готовности религиозных лидеров шиитского государства уничтожить ядерным ударом ту же мечеть Аль-Акса.

Либо иранские лидеры готовы посылать ядерные ракеты на Святой град, но тогда мы имеем дело с атеистами или язычниками, захватившими власть в исламской стране.

Удар Ирана по территориям России, Европы или Китая настолько невероятен, что даже не обсуждается.

Таким образом, использование Ираном ядерного оружия для нападения на региональные и мировые центры силы есть лишь пропагандистский штамп.

Шантаж с целью сдерживания

А вот возможность угрожать применением ядерного оружия для удара обороны и возмездия в случае покушения на его территорию для исламской республики весьма важна.

Ведь американцы и англичане сделали все от них зависящее, чтобы убедить режимы, не являющиеся друзьями Вашингтона и Лондона, в том, что только обладание (или хотя бы угроза обладания) ядерным оружием могут обеспечить их безопасность перед лицом англосаксонских демократизаторов - не только бряцающих оружием, но и применяющих его по прямому назначению. От Югославии до Ирака.

Поэтому наиболее реальным представляется мне не сценарий реального производства и применения ядерного оружия Ираном, а сценарий ядерного шантажа по примеру Северной Кореи - своего рода принуждения к миру.

Для этого Ирану нужно не само по себе создание ядерного оружия, но достижение такого уровня технологической самостоятельности, который позволяет в любой момент приступить к производству ядерного боеприпаса.

Для того чтобы отказаться от продолжения своей нынешней ядерной программы, Тегерану, по всей видимости, недостаточно будет даже присоединения США к европейскому предложению - постоянных поставок ядерного топлива в обмен на требуемый отказ.

Сегодня Иран вымогает прежде всего политические гарантии ненападения со стороны США. Потому что все происходящее сегодня в Ираке не может не вызывать бесокойства у тегеранского руководства.

Только в случае ясной и недвусмысленной готовности США отказаться от интервенционистских планов по отношению к Ирану возможно будет добиться изменения ядерных планов этой страны.

Ни Россия, ни другие страны "группы шести" - Китай, Великобритания, Франция и Германия - не могут дать таких гарантий Тегерану.

Но я сомневаюсь в готовности сегодняшнего Вашингтона признать культурно-политический плюрализм современного мира - плюрализм религиозных, культурных, политических и хозяйственных практик, существующих в незападных странах.

Вашингтонские "неоконы" все еще живут в мире просвещенческих мифов о возможности и желательности создания единого, вполне однородного человечества.

Хотя на дворе давно не XVIII век.

 

Добавить комментарий

CAPTCHA на основе изображений